ОТКУДА НАЧИНАЕТСЯ РОССИЯ?
Откуда начинается Россия?
С Курил? С Камчатки? Или с Командор?
О чем грустят глаза ее степные
Над камышами всех ее озер?
Россия начинается с пристрастья
к труду,
к терпенью,
к правде,
к доброте.
Вот в чем ее звезда. Она прекрасна!
Она горит и светит в темноте.
Отсюда все дела ее большие,
Ее неповторимая судьба.
И если ты причастен к ней -
Россия
Не с гор берет начало, а с тебя!
1962
Я ВИДЕЛ РУСЬ У БЕРЕГОВ КАМЧАТКИ...
Я видел Русь у берегов Камчатки.
Мне не забыть, наверно, никогда:
Холодным взмывом скал земля кончалась,
А дальше шла соленая вода.
Я видел Русь в ее степном обличье:
Сурки свистели, зной валил волов,
На ковылях с эпическим величьем
Распластывались тени от орлов.
Я видел Русь лесную, боровую,
Где рыси, глухари-бородачи,
Где с ружьецом идут напропалую
Охотники, темней, чем кедрачи.
Я видел Русь в иконах у Рублева —
Глаза, как окна, свет их нестерпим,
Я узнавал черты лица родного,
Как матери родной, был предан им.
Ни на каких дорогах и дорожках
Я, сын Руси, забыть ее не мог!
Она в меня легла, как гриб в лукошко,
Как дерево в пазы и мягкий мох.
1965
КАКАЯ НАША РОДИНА?
Цветёт над тихой речкой яблоня.
Сады, задумавшись, стоят.
Какая Родина нарядная,
Она сама как дивный сад!
Играет речка перекатами,
В ней рыба вся из серебра,
Какая Родина богатая,
Не сосчитать её добра!
Бежит волна неторопливая,
Простор полей ласкает глаз. К
акая Родина счастливая,
И это счастье всё для нас!
РУСЬ
Русь - распаханная равнина.
Друг ей - плуг, неприятель - меч.
Терпелива она и ранима,
Потому ее надо беречь.
Ни французы ее не сломили,
Не замучила татарва.
Есть ли что-нибудь лучшее в мире,
Чем зеленая эта трава?!
Чем парная и ноздреватая,
Плугом тронутая земля,
Кровью полита, невиноватая,
Наша, русская, кровно своя?
За Рузаевкой - поле, поле,
Нежный, нежный весенний луг.
Бросить к чертовой матери, что ли,
Все стихи, чтобы взяться за плуг!
1964
СОЛОМЕННУЮ ЧЕЛКУ СЕЛЬСКОЙ ХАТЫ,
Как конь буланый, ветер теребит.
Метель поет про тяжкие утраты,
И все село об этом же скорбит.
Сиротами глядят крылечки вдовьи,
Подъем ступенек и тяжел, и крут.
И все тепло мозолистой ладони
Уходит не на ласку, а на труд.
Вы, что на стройках подвиги свершали,
Чтоб две больших реки соединить,
Скорей сюда, чтоб горе брать ковшами,
А вместо горя — радость подвозить!
1954
МЕСЯЦ ИЮЛЬ - ЗНОЙНЫЙ И ДРЁМНЫЙ,
Пылью полынной воздух горчит.
Возле омета месяц огромный,
Это ему перепелка кричит.
Где я? В Рязани над тихой Окою
Или в Тамбове у реченьки Цны?
У Иртыша иль за Ворей-рекою
Тихо смотрю подмосковные сны?
Волжское или другое теченье
Ласково льнет и касается плеч?
Это совсем не имеет значенья,
Только б Россия и русская речь!
Только б суровые, честные лица,
Только бы труженики - не жулье,
Только б готовые поделиться
Хлебом и радостью люди ее!
1960
ПИСЬМО ИЗ СЫЗРАНИ В ВОЛОГДУ
В Сызрани черемуха цетет.
В Вологде еще не начинала,
Там весна еще не ночевала,
В Сызрани - прописана, живет.
Чайка одинокая плывет,
Вспомнила кого-то, вверх взлетает.
Мне у Волги очень не хватает
Луговых, зеленых, диковатых,
Иногда немного виноватых,
Глаз твои гераневых, мой друг.
То они - отвата, то испуг!
Не хватает милых, неподдельных,
Ласковых льняных твоих кудрей,
Нежности, улыбки беспредельной,
Стройности сосново-корабельной,
Скромности, пугливости твоей,
Северной крылатости бровей!
Лепестков дурманящую горечь
Ветерок приносит мне на стол.
Ты со мной с портрета даже споришь.
Только у меня в порядке совесть,
Ты не обижайся, я пошел!
Так свежо, так утренне, так рано,
Мост гудит - гигантская мембрана,
От колес подпрыгивает сталь,
Змей-Горыныч - дым - летит и вьется,
Паровоз горячей грудью рвется
В Вологду! В твою родную даль!..
ЛЕСНАЯ УЛИЦА
У Белорусского вокзала
Есть улица Лесная.
Зачем её Лесной назвали,
Я до сих пор не знаю.
Лес - это древние стволы
С ветвями в поднебесьи.
Летят из-под его полы
Серебряные песни.
Лес- это то, что люди чтут.
Он крепостью своею
Перегораживает путь
Бродяге-суховею.
Лес - это сказка и мечта.
Лес - это лучший отдых.
Какие есть в лесу места,
Какой чудесный воздух!
А здесь, на улице Лесной,
Два деревца лишь чахнут.
На них нет листьев,
И весной
Они бензином пахнут.
Пока названье это - вздор,
Я утверждаю смело.
Вот был бы здесь
сосновый бор,
Тогда другое дело!
Тогда бы здесь искали вы
Здоровье, силу, бодрость.
Не значил вовсе б для Москвы
Тысячелетний возраст.
Лесная улица Москве
Нужна, как людям руки.
Не взять ли, мэрия, тебе
Лесную на поруки?!
ЗАГОРОДА
Сильная, вороненая,
Ни дождем, ни ветром не ронёная,
На Ивана Купалу
Не помялась, не упала,
Вызрела, выстояла,
Напоказ себя выставила,
Напоказ, на виденье,
Как невеста на выданье.
Я тебя, моя загорода,
Не продам ни за какие задорога,
Не дам с тебя ни единого цветка сорвать,
Не дам о тебе ни единого
Словца соврать,
По твоим задам
Проходить не дам:
Ни конному, ни пешему,
Ни ведьме, ни лешему,
Ни галкам, ни воронам,
Ни больным, ни здоровым,
Я сам тебя, моя загорода,
выкуплю,
Я сам о тебя свою косу вытуплю,
В твоей росе звенеть моей косе,
Плохо ли, худо ли,
Гулять моей удали!
Твою траву кашивать
Моим рукам,
Твое сено кушивать
Моим коням.
Коса литовская,
Хватка московская,
У меня отец
Хоть куда косец!
Я чуть похуже,
Прокос чуть поуже.
Над моей над загородой
Шмель гудит.
У меня на косьбу
Плечо зудит.
На моей на загороде
Сарафан цветной,
Посмотри, полюбуйся,
Народ честной!
1942
РОДНОЕ ПОЛЕ
Серебристая гладь, белоснежная скатерть!
Это русское поле, живые снега.
Сколько жить мне придется, настолько и хватит
Самой строгой и нежной любви для тебя.
Ой ты, сердце, с чего так тревогу забило?
Что в просторе нашло, коль не можешь ты спать?
Не меня ль это поле вспоило, вскормило,
Помогло матерински мне на ноги встать?
Я стою. Я смотрю. Не могу наглядеться.
Белый снег мне мигает веселой искрой.
Уж не здесь ли прошло мое милое детство,
Не по этой ли тропке я бегал домой?
Рядом с полем дома, как сугробы большие.
Из заснеженных крыш поднялися дымы.
Смотрят на землю пристально звезды России,
Им виднее всего, как мы вышли из тьмы.
Провода прогибаются под бахромою,
В них гудит и лютует седая зима.
Свет уходит в деревню дорогой прямою,
На тока — к молотилкам, к крылечкам — в дома.
Там в деревне жива еще мама-старушка,
Не ложилась, не впрок ей под старость спанье.
Может, песни мои она ловит в наушник,
А я на поле снежном пою про нее.
Серебристая гладь, белоснежная скатерть!
Это поле родное, живые снега.
Сколько жить мне придется, настолько и хватит
Самой строгой и нежной любви для тебя.
1952
ГОЛУТВИН
Не арфы звон,
Не нежный голос лютни -
Со всех сторон
Гремит, поет Голутвин.
То вспыхнет автоген,
Как молния ночная,
То всхлипнет вой сирен,
Где магистраль речная.
То охают пары
В депо или котельной,
То электропилы
Высокий, чистый тенор.
А то гудит гудок:
- Кон-ча-а-ай рабо-о-о-ту!
А вот уже дружок
Собрался на охоту.
В разбеге дня
С улыбкой, смехом дружным
Везде меня
Теснят простые блузы.
А если руку жмут,
Мозоли, словно рашпиль.
С такой братвою тут
Хоть где не страшно!
Машинный лязг колес
Влетает в шум перронный.
Бежит стальной колосс,
Родившийся в Коломне.
А вот она сама,
Черней цыганки черной.
Голутвина дома
Бок в бок идут с Коломной.
Дымы… дымы…
Все небо будто вереск.
Эх, друг! Да мы
Такая сила, что не смеришь!
1953
ГОРОД
Над городом грозы.
Июльские ливни.
А город не горбится,
Смотрит вперед.
Забыв про уклад свой
Бывалый, старинный,
Как гриб,
Он под дождиком даже растет!
Без устали
Носят портальные краны
Контейнеры
С известью и кирпичом.
Воочию здесь
Наши смелые планы
Касаются жизни
Рабочим плечом.
Прощай, захолустье,
Домишки-калеки!
Встают великанами
Соцгорода.
И все это нам,
И для нас, и навеки,
Во имя любви
К человеку труда.
Врывается лето
Июльской грозою
В раскрытые окна
Жилым этажам.
И кажется,
Чистым, душевным озоном
Наполнен весь город,
Сердца горожан.
Блестит
На зеленых березках
Убранство.
И празднично так
Горизонт подсинен.
Помыты панели,
Дороги,
Пространства,
И видится даль
В перспективе времен!
1954
ЧТО Я ЗНАЮ О РОССИИ
Что я знаю о России? -
Откровенно у тропы
У меня вчера спросили
Два целинника в степи.
И глядят на авторучку,
И допрос ведут в сердцах:
Получал ли я получку
За мозоли на руках?
Натруждал ли тяжкой кладью
Спину в кузне заводской?
С кем встречался - с тихой гладью?
Или с бурею морской?
Биографией своею
Я бы мог и прихвастнуть.
Делать это не умею,
Я нашел другим блеснуть.
Сел за руль и тронул трактор.
Рокоток мотора мил.
Мой степной, стальной оратор
В борозде заговорил.
Два целинника молчали,
И понятно - я глушу.
После важно замечали:
Не глубоко ли пашу?
Целый вечер неразлучно
Как я с ними песни пел!
Колокольчик однозвучно
Над вагончиком звенел.
До щемящей сердце боли
Мне они милы, чудны.
Так и вижу, как на поле
Вьются рыжие чубы.
Выхлопное синь-колечко,
Руль в уверенных руках…
Я от них увез словечко,
И оно в моих стихах!
1959
РОССИЯ
Россия!
Сказал это слово и замер,
И руки обнять тебя
Вдаль распростер.
Ты смотришь такими
Большими глазами,
Какие имеются
Лишь у озер.
Россия!
Сказал это слово и слышу,
Как гулко молотят
В моей стороне,
Как голубь садится
На сельскую крышу
С приветствием миру,
С проклятьем войне.
Россия!
Рассветы на реках дымятся,
И мокрое солнце
Плывет на плотах.
Рабочие руки твои
Никакого труда не боятся,
Могучие крылья
Победно парят в облаках.
Россия!
Никто никогда не уронит
Ни гор твоих гордых,
Ни рощ, ни лесов.
Сто тысяч веселых
И звонких гармоник
Поют о труде и любви
В миллион голосов!
О русское племя!
Бессмертное племя!
Как буйно побеги твои
Разрослись.
В Октябрьскую бурю
В бои подымал тебя Ленин,
Чтоб поступью мира и правды
Победно идти в коммунизм!
1954
ТАК ВОТ ОНА, МИЛАЯ СЕРДЦУ ОТЧИЗНА!
Как прост ее профиль и скромен наряд!
Туман разостлался внизу, как овчина,
И тихо по склонам рябины горят.
Откуда-то тянет и тмином, и дымом,
Крепчает рассол огуречный в чанах.
С морозцем в обнимку, как с другом любимым,
На грядках капуста стоит в кочанах.
Какая-то скромность и робость в пейзаже,
Свод неба сурово затянут холстом.
А скирды стоят, как надежные стражи
Всего, что мы ревностно так бережем.
И пусть предо мной оголенно, печально
Пустеют осенние дали полей,
Все так же любовно мое величанье
Единственной, милой отчизне моей!
1955
МИЛЫЕ ХАТЫ,
Крытые драныо,
Вы конопачены
Лаской и бранью.
Била вас вьюга
В пазы и подворье,
Это она не для зла -
Для здоровья!
Было другое:
Свистели снаряды,
Хвастала смерть:
- Я за вами, славяне!
Черною тучею
Минуло это.
Мирно лягушки
Глядят из кювета.
Гром окликает
Оставшихся вживе.
Мирно цыплята
Пасутся в крапиве.
Где-то стучит
Колотушкою бондарь.
Хоть без ноги он,
Но к промыслу годен.
Милые хаты!
Замшелые бревна!
Как я привязан к вам
Нежно и кровно.
Милые хаты,
Родное славянство,
Непокоренное
Наше пространство!
Я СЕГОДНЯ ОБЛЮБУЮ,
Как отраду обрету,
Эту речку голубую
И черемуху в цвету.
Эту розовую кашку
И мохнатого шмеля,
Что рассказывает сказку
Про тебя, моя земля.
Это облако над полем
С золотым шитьем боков,
Эту жажду пить запоем
Из гремучих родников.
Этот тихий полустанок,
Где за тыном огород,
Где знакомый полушалок
Целый день пилотку ждет!
1956
ЗЕЛЕНЫЙ ГОРОДОК
Я страну родную знаю,
Много езжено дорог.
Очень часто вспоминаю
Про зеленый городок.
Тополиная аллея
Убегает далеко,
В листьях тополя белеют
Фонари, как молоко.
Каждый, кто туда приедет
Хоть на несколько ночей,
Первым делом слышит щебет,
Шум дубравы, крик грачей.
Там забыли слово «копоть»,
Зори чище янтаря,
Там заглядывает тополь
В кабинет секретаря.
Молодой листвою зелень
Потихонечку шумит,
В центре города сам Ленин,
Как лесник в лесу, стоит.
Где лесам тесниться нечего,
Там людям не тесно́.
Там и песенно, и весело,
И вольно, и лесно́.
1955
ВСТАТЬ БЫ ПОРАНЬШЕ,
Шагнуть бы подальше -
От Самотека
До Владивостока!
Родина!
Я у тебя не подкидыш,
Всю тебя вижу,
Как ты меня видишь.
Вся проплываешь ты
Передо мною
То черноморской,
То волжской волною.
Бьешь Иртышом,
Прямо сердца касаясь,
Я нагишом
В твои воды бросаюсь,
Будь это Волга,
Будь это Взморье,
Будь это наша
Московская Воря.
Только глаза
На минуту прикрою,
В памяти образы Родины
Роем.
Вот она, Вологда
В белых сугробах,
В каждом крылечке
Резная подробность.
Вижу Рязань.
По Оке пароходы,
Возле паромов
Машин хороводы:
Сеялки, веялки,
Тракторы, жнейки,
Плуги, косилки,
Зигзаги и змейки.
Вижу Воронеж,
Весенний, садовый,
Встал, как невеста
С венчальной обновой.
Белое платье садов
Примеряет,
Песней людские сердца
Покоряет.
А за тайгой,
За большими горами,
Вижу Свердловск -
Это сердце Урала.
Сила -
воочию -
Не на плакатах!
Сталь здесь ворочают
На станах прокатных.
Видится мне:
В бесконечностях сини
До океана
Березы России!
Я не петух,
Чтоб сидеть на насесте,
С детства далями
Заворожен -
Ветер скитаний,
Дым путешествий,-
За горизонт,
За горизонт!
1955
ОМСК
Омка,
Омск.
А в речи, как в ручье!
- Чо да чо! -
Город
поднял
легко
Коромысла дымов
На плечо.
За глухою
Тюремной стеною
Иртышского льда
Улеглась,
Успокоилась
Желто-речная вода.
Вмерзли баржи,
На трубах судов —
Вороньё.
В гулкий
колокол
бьет
В этом городе
Сердце мое.
По тропе,
Что идет за реку,
Наступая на грудь
Иртыша,
Я иду, как ничей,
Как никто,
Никуда,
Ни к кому не спеша.
Люди - мимо.
Сороки - нырком.
Иней - прочь,
Искры снега - вразлет.
И одно лишь
Незыблемо здесь,
Это - лед!
Лед метровый,
Лед синий,
Лед кованный
В кузнях зимы,
Лед, который хватает
Сибирских девчат
За пимы!
О, великий полон!
Снеговое стояние круч!
Сквозь белесую мглу
Пробирается
Северный луч.
А мороз,
Запахнув арестантский армяк,
Прижимает шатры
К Иртышу,
Как Ермак.
Омск, 1956
ТЫСЯЧИ БЕЛОК НА ТОНКИХ ВЕТВЯХ,
Тысячи варег на теплых руках,
Тысячи узеньких троп соболиных,
Тысячи вылетов соколиных!
Милая родина в инее белом,
Где ни посмотришь, ты занята делом.
Там, где деляна, - стук топора,
Там, где контора, - скрипенье пера,
Там, где карьеры, - гудит аммонал,
Там, где депо, - паровозный сигнал.
Плавлюсь в любви к тебе доменной плавкой,
Не осуди, если вздумаю плакать!
Нервы мои оголенно прошиты
Током Куйбышева и Каширы,
Ленинским словом врезаны в даль,
В поле с пшеницей, в железо и сталь.
1956
РЕВОЛЮЦИЯ У НАС В КРОВИ,
Как железо в яблоке антоновском.
Ну-ка, подойди, останови,
Обожжешься враз об это солнышко.
Революция - закон, металл,
Спаянный с живой людской ладонью,
Для нее любое беззаконье
Гибельно, - и Ленин это знал.
Весь я, революция, с тобой,
Я матрос, а ты моя эскадра,
Ты мой пост, а я твой часовой,
Чтоб к тебе враги не лезли нагло.
Ты прекрасна! Я тебе не льщу,
Я в тебя влюблен, как лебедь в Леду.
Ты дала мне крылья - я лечу
С верою в твою-мою победу!
1963
СЕВЕР
Край наш - лес, да вода,
Да морошка.
Да висят невода
У окошка.
Да носами ладьи
В берег тычут,
Да тоскливо вдали
Чайки кличут.
Пахнет хвойным, лесным,
Черемшою
Да брезентом речным
С чешуею.
У реки, у весла,
У мережей
Из травы поднялся
Край медвежий.
Синева у осок
Гуще меда,
Так и льет на песок
С небосвода.
Где блеснет серебро -
Это рыбы.
- Эй, за сеть, за весло,
Неулыбы!
Край наш! Руки в смоле
И в рябинах!
Хлеб на нашем столе
Рос в глубинах!
1956
ВОЛГА
Все кажется мне -
Прозвучит из тумана
Над волжскою вольницей
Голос Степана.
Все кажется мне -
Там, где краны и доки,
Ночуют
Челкаш, и Чапаев, и Горький.
А возле причалов
Мне чудится Чкалов.
Подросток еще,
В лапоточках,
В онучах,
А глаз уж нацелил
На ястреба в тучах.
Гудки пароходов
Шаляпинским басом
Распелись в низовьях!
- Эй, ухнем! Да разом!
Мне слышатся
Тысячи звонких тальянок
Над берегом,
Там,
Где родился Ульянов.
О вольность святая!
О взво́день штормовый,
Раскат Октября
Пепеляще-громовый!
О Волга-река,
Колыбель недовольства,
Праматерь и матерь
Земного геройства,
Ты стала для нас
Как любимая песня,
С которой нигде нам
Не страшно, не тесно!
1955